Девятнадцатое число месяца Кислев (4.12.2020) отмечается как "Рош-Ашана хасидизма". В этот день в 1798 году основатель хасидизма Хабад - рабби Шнеур-Залман из Ляд (1745-1812), известный также как Алтер Ребе ("старый Ребе") - был выпущен на свободу после пятидесятитрехдневного заточения в Петропавловской крепости. Это событие было не просто его личным освобождением, оно стало своего рода водоразделом в истории хасидизма, возвестив начало новой эры раскрытия "внутренней" Торы.

Распространение учения хасидизма началось, в принципе, двумя поколениями раньше. Основатель хасидизма рабби Исраэль Баал-Шем-Тов (1698-1760) раскрыл своим последователям сияние мистического учения Торы, бывшее до тех пор уделом лишь избранных каббалистов.

Итак, Яаков возвращается в родные края. Ему предстоит встреча с Эсавом. У Яакова есть все основания предполагать, что Эсав хочет его убить. Недельная глава «Ваишлах» («И послал») начинается с рассказа о том, как Яаков готовился к встрече с братом. Он сделал три вещи: собрал подарок, помолился Б-гу и снарядился к войне. И все эти три действия имели глубокий смысл.

Начнем с третьего. Всех своих спутников, и скот, и верблюдов Яаков разбил на два отряда. Расчет у него был такой: если погибнет один отряд, то может спастись второй. Действие Яакова учит нас, что нельзя сосредоточивать все в одном месте. Когда царица Изевель преследовала пророков, Овадья спрятал сто человек в двух пещерах, по пятидесяти в каждой, и тайком доставлял им хлеб и воду. Казалось бы, безопаснее пробираться в одно место, а не в два. Но ведь тогда, если тайник обнаружат, — все пропали. И Овадья берет пример с Яакова.

Свадьба дочери шестого Любавичского Ребе, госпожи Хая-Мушки, и Ребе שליט"א состоялась 14 Кислева 5689 года (27.11.1928) в Варшаве и известие об этом повлекло великую радость среди евреев Польши в целом, и среди хасидов ХАБАДа в частности.

Ребе РАЯЦ, живший в ту пору в городе Рига в Латвии, хотел, чтобы свадьба состоялась в йешиве «Томхей-Тмимим».

Тринадцатого Кислева тысячи людей собрались на вокзале для того, чтобы встретить Ребе РАЯЦа и его семью. В течение дня в Варшаву прибыло большое число хабадников изо всех городов Польши и Литвы. Прибыли также многочисленные гости из отдаленных мест, среди них тесть Ребе РАЯЦа, реб Авраам Шнеерсон из Кишинева.

Хроника последних дней:

- Леа Кац должна была прочитать лекцию перед аудиторией в сотни людей. Когда она прибыла на рейс, то оказалось, что в её самолёте нет ни одного свободного места. Служащая по ошибке оформила в билете фиктивное место, и Леа попросили покинуть самолёт. С большим  огорчением она направилась к выходу, но тогда один из пассажиров встал и уступил ей место, сказав, что он предпочел лететь завтра.

После двадцатилетнего пребывания в Харане Яаков возвращается в Святую Землю. Он отправляет ангелов-посланников к Эсаву в надежде на примирение, но те, вернувшись, сообщают Яакову, что его брат настроен воинственно и спешит ему навстречу в сопровождении четырехсот вооруженных всадников. Яков одновременно готовится к битве, возносит молитву и посылает Эсаву богатый дар, надеясь задобрить его.

В ту ночь Яаков переправляет свою семью через реку Ябок, сам же остается на другом берегу, где встречает ангела-покровителя Эсава, с которым борется до рассвета. Это стоит Яакову хромоты, но он одолевает ангела, который нарекает его именем Исраэль, означающим "Одолевший Б-жественное".

Дон Ицхак бен-Иегуда Абарбанель

Тора приводит это родословие, чтобы рассказать нам, к каким именно народам относится запрет из Торы: «Не гнушайся эдомитянином, потому что он твой брат». Под эдомитянами здесь понимаются все потомки Эсава, кроме Амалека. Он, казалось бы, тоже потомок Эсава — сын Элифаза от его наложницы Тимны, так что к нему через Элифаза тоже должна была бы относиться заповедь «Не гнушайся эдомитянином». Но поскольку он решил сделать евреям зло без всякой причины, Б-г дал особое повеление стереть его имя — мы еще будем это разъяснять.

Кроме того, у Торы была еще одна причина перечислить потомков Эсава. Она хотела показать, что двенадцать потомков Яакова «все святы, и Б-г среди них», а среди потомков Эсава большинство были мамзерами[1]. Так, Ооливама, дочь Аны, дочь Цивона, была мамзерет, так как Цивон согрешил со своей невесткой, женой Аны, и от этой связи и родилась Ооливама. И Корах был мамзером, и Тимна тоже, и это наши мудрецы доказывают на основе стихов Торы.

Менахем-Мендл Шнеерсон

Мы узнаем о замене имени Яакова на Исраэль (что указывает на принципиальное изменение и в характере личности). Впервые об этом поведал ангел, не сумевший его побороть (традиция сообщает: то был ангел Эсава, а сама схватка олицетворяет неизбежно предстоящую тяжелую борьбу потомков двух братьев, в которой Эсав не победит). Во второй раз говорит Всесильный: «Не Яаков должно быть впредь имя твое, а Исраэль». И тем не менее в Торе еще упоминается имя Яаков. В случае же с Авраамом после изменения его изначального имени — Авраам — оно уже никогда не повторяется в Торе. Чем это объяснить? И имеет ли это для нас значение сегодня?

ПОЧЕМУ СОХРАНЯЕТСЯ ИМЯ ЯАКОВ?
Комментируя стих «Не Яаков должно быть впредь имя твое, а Исраэль» (Берешит, 32:29), Талмуд (Брахот, 13а) ставит вопрос: почему имя Яаков затем сохраняется в Торе?

Р-н Михаэль Кориц

Среди многих загадок личности рабби Шнеур-Залмана (Алтер Ребе) обращает на себя внимание его особенная связь с Российским государством. Известен спор основателя Хабада с главами польских хасидов, в котором рабби Шнеур-Залман встал на сторону России против Наполеона. Традиционно это объясняют тем, что эмансипация, по мнению Альтер ребе, представляла собой большую угрозу, чем грядущие погромы. Патриотическое настроение Алтер Ребе и помощь, оказываемая его хасидами, вызывали изумление русских военных и правительства, были отмечены и вошли в историю

Четыре праматери было у нашего народа – Сара, Ривка, Рахель и Лея. Лея, самая скромная из них, выносила в своем чреве прародителей половины израильских колен.

Праматерь Лея, дочь Лавана-арамейца, как и ее сестра Рахель, была женой праотца Авраама. История ее замужества и рождения детей описана в Торе.

В Торе редки случаи описания внешности героя. О Лее же говорится, что «глаза ее нежные». Комментаторы по-разному объясняют эту фразу, но самый распространенный комментарий такой:

Все вокруг говорили, что у Лавана две дочери, Лея и Рахель, а у его сестры Ривки два сына, Эсав и Яаков, и как было бы мудро выдать старшую за старшего, а младшую за младшего! Лея, слыша это, плакала и молилась, чтобы ей ни в коем случае не оказаться женой злодея Эсава. От слез ее нежные глаза покраснели, а ресницы выпали.

В юности Рахель пасла скот своего отца Лавана в Падан Араме. В Пятикнижии она описывается как «красивая и стройная». В 15 лет она встретила Яакова, который бежал в Падан Арам по совету матери, чтобы спастись от гнева своего брата Эсава. В Пятикнижии рассказывается, что Яаков помог Рахели напоить скот, нечеловеческим усилием свернув с устья колодца огромный камень.

В главе "Вайеце" Тора рассказывает о свадьбе нашего праотца Якова. Как известно, Лаван обманул Якова, подменив ему невесту в день свадьбы. Благодаря этой афере Лаван, сам того не желая, содействовал преумножению еврейского народа и возникновению "двенадцати колен Израиля". Это первая свадьба, описанная в Торе – и именно из этого фрагмента взяты многие еврейские свадебные обычаи и обряды.

Чем руководствовался здесь Лаван, совершенно понятно: "Не принято у нас выдавать замуж младшую раньше старшей", – говорит он, поскольку заинтересован выдать замуж и Лею, и Рохель. Поэтому на вопрос изумлённого Якова: "Что это сделал ты со мной?!" Лаван спокойно отвечает, что ничего, мол, страшного - "заверши неделю с этой", а затем женишься на второй. Видя в происходящем волю Провидения, Яков соглашается.

Глава рассказывает о четырех женах Яакова. Согласно комментарию Раши, все они были дочерьми Лавана. Этот факт противоречит традиционному мнению, что Яаков, как Авраам и Ицхак, знал и соблюдал все заповеди Торы (хотя праотцы жили задолго до дарования ее на Синае, они знали Закон благодаря пророческому дару и соблюдали его по личному побуждению). Ведь, как известно, женитьба на сестрах Торой запрещена. Поначалу кажется, что Раши не предполагает никакого объяснения по данному вопросу. Так ли это? И разрешимо ли видимое противоречие? Оказывается, разрешимо, а из самой этой истории проистекает важная мораль.

Яаков покидает отчий дом в Бээр-Шеве и отправляется в Харан. В пути он останавливается на ночлег в неком "месте", где ему снится лестница, соединяющая небо и землю, по которой поднимаются и спускаются ангелы. Во сне Б-г является ему и обещает, что земля, на которой он лежит, будет отдана его потомкам. На утро Яаков воздвигает камень, служивший ему изголовьем, как жертвенник и монумент, и обещает, что сделает его домом Б-жьим.

В Харане Яаков останавливается у своего дяди Лавана, на которого работает пастухом. Лаван соглашается отдать свою дочь Рахель в жены Яакову за семь лет работы. Однако по истечении этого срока в брачную ночь вместо Рахели Лаван отправляет к Яакову свою старшую дочь Лею и подлог обнаруживается лишь наутро. Спустя неделю Яаков женится и на Рахели, согласившись отработать на Лавана еще семь лет.

Мирьям Китросская

Все мы знаем трогательную историю о том, как праотец Яаков встретил Рахель, полюбил ее и решил на ней жениться. Этому библейскому сюжету посвящено немало произведений искусства. Но давайте присмотримся к этой истории пристальнее – может быть, мы отыщем в ней нечто неожиданное!

Сначала вспомним, как было дело. Яаков, бежавший из отчего дома, от собственного брата, полюбил двоюродную сестру Рахель и договорился со своим дядей, ее отцом, Лаваном, что будет служить ему за нее семь лет. Отслужил – «и были они в глазах его, как несколько дней, по любви его к ней». Настало время свадьбы, и на­утро выяснилось, что Лаван подсунул ему Лею, свою старшую дочь! В ответ на возмущенное восклицание Яакова: «Что ты это мне сделал? Зачем ты обманул меня?!» Лаван ехидно ответил: «В наших местах так не делается, чтобы выдать младшую прежде первородной», прозрачно намекнув на то, что сам Яаков обманом выпросил у отца благословение, предназначавшееся его брату, первенцу Эсаву. Что ж, делать нечего, пришлось Яакову служить еще семь лет, но на этот раз Лаван «благородно» отдал ему Рахель сразу, через неделю после Леи, и Яаков остался ему «должен» еще семь лет, которые честно отработает.

Первая заповедь Торы

Еврейская женщина, имеющая дело с материальной стороной существования, именно по этой причине наделена особой мудростью. Месяц кислев начинается, как правило, с чтения недельной главы Торы "Толдот" ("Родословная").

Несмотря на то, что начинается глава словами "Вот родословие Ицхака", на самом деле не меньшее, а может, даже большее внимание в ней уделяется Ривке и вообще роли женщин в семье.

Арье Ольман

Согласно еврейской теологии, мы – в изгнании. Даже если вас лично никто ниоткуда не выгонял. Еврейский народ, а также Б-жественное присутствие, Шхина, – в изгнании.

Талмуд и мидраши утверждают, что изгнание, в котором находились евреи в римско-византийское время, – это «галут Эдом», эдомское изгнание (так, например, в Бемидбар раба, 7). Это изгнание, которое все длится и длится и конца которому не видно, предвидел еще праотец Яаков, как рассказывает мидраш Танхума к недельной главе Вайеце: «Сказал рабби Шмуэль от имени рабби Нахмана: “И вот ангелы Г-сподни восходят и спускаются” – это ангелы языческих племен и народов.

Глава "Толдот" открывается словами: "Вот порождения Ицхака, сына Авраама". Наши мудрецы объясняют, что слово "порождение" имеет два значения: первое - дети, потомки, второе - добрые дела человека. Как сказано в Мидраше, "главные порождения праведника - добрые дела". Сообщая, что Ицхак был сыном Авраама, Тора указывает нам на это как на заслугу, благодаря которой Ицхак смог оставить после себя потомков и добрые дела. Таким образом, опосредованно и они являются заслугой нашего праотца Авраама.

Из трудов Любавичского Ребе; краткое адаптированное изложение

Фраза, с которой начинается глава Торы "Толдот", вызывает большое недоумение у комментаторов. Написано в Торе: "И вот родословие Ицхака, сына Авраама: Авраам родил Ицхака". Действительно, возникает вопрос: после того, что уже сказано, что Ицхак - сын Авраама, для чего Тора добавляет: "Авраам родил Ицхака"?

Раши приводит объяснение этому из Мидраша и Талмуда. Дело в том, что насмешники того поколения говорили, что Сара забеременела от Авимелеха, ведь она жила с Авраамом много лет и не беременела! Как поступил Всевышний? Творец сделал так, что лицо Ицхака было точной копией Авраама. И всем стало очевидно, что Авраам родил Ицхака. И об этом сообщает нам Тора, когда говорит, что Ицхак - сын Авраама, поскольку было явное свидетельство, что "Авраам родил Ицхака".

Ицхак женится на Ривке и после двадцати лет бездетной жизни их молитвы наконец находят отклик. Однако, забеременев, Ривка испытывает мучения, поскольку "дети толкаются в ее чреве". Б-г сообщает ей, что она носит в себе "два народа", которые будут бороться между собой.

Первым на свет появляется Эсав. Вслед за ним, держась за пятку Эсава, рождается Яаков. Первый вырастает "искусным охотником, человеком поля", Яков же становится "человеком цельным", сидящим в шатрах учения. Эсав становится любимым сыном Ицхака, Ривка любит Яакова. В один прекрасный день утомленный охотой и изголодавшийся Эсав продает свое первородство (статус первенца) Яакову за горшок красной чечевичной похлебки.

Страница 1 из 6

Поиск

Деятельность Ребе

Синагога Бродского

Зажигание свечей

 

Ребе не игнорирует тот факт, что современная женщина работает, занимается общественными делами, а не выполняет только домашние обязанности. Ребе принял во внимание все существующие факты, чтобы извлечь из них максимальную выгоду. То есть, Ребе не приказал женщине вернуться домой, как ей подобает, напротив, Ребе требует от женщины использовать все свои силы, например, силу влияния в пользу Торы и заповедей.

Он направил это стремление женщины к равноправию в духовность, воспитание и другие ценности. Ребе потребовал от женщин выйти из дома и распространять свет Торы в своем окружении. И даже если женщина занимается, на первый взгляд, материальными делами, как, например, дизайн одежды, то и там она соблюдает все правила, такие как скромность, и также влияет на других женщин, чтобы и они одевались соответственно. Вместе с этим она растит и воспитывает детей, живущих по законам Торы и соблюдающих заповеди, тем самым выражая свой огромный женский еврейский потенциал.

Важно отметить, что вместе с этим Ребе не отказывается от основных вещей: семьи и скромности. Все, чем занимается женщина для достижения своих целей, должно соответствовать законам скромности в одежде и поведении и, естественно, не должно мешать созданию большой семьи и воспитанию детей.

Ребе с самого начала своего лидерства беспокоился о том, чтобы вся деятельность женщин была организована таким образом, чтобы они смогли еще чему-то научиться и влиять на других женщин. На этих принципах Ребе создал большую женскую организацию «Общество женщин и девушек Хабад», то есть Ребе предвидел появление женских организаций по всему миру, и уже 60 лет назад он создал свою организацию, в которой до сегодняшнего дня с удовольствием состоят тысячи женщин.

Указания Ребе женщинам затрагивают многие сферы. Если мы попробуем перечислить их, то увидим, что это дом, что, в сущности, является главной обязанностью женщины - отношения с мужем, создание семьи, воспитание детей, кашрут, зажигание шабатних свечей, скромность, изучение Торы и т.д. И вне дома - воспитание еврейских детей, помощь ближнему, создание еврейских центров, помощь роженицам и т.д.

Также Ребе выделил специально для женщин письма с просьбами, указаниями, дающими поддержку. Например, ношение парика после замужества, а не платка, установка цдаки на кухне и вложение в нее денег перед началом приготовления пищи и другое.

Одна из причин того, что Ребе уделил так много времени делам женщин, - исключение распространенной ошибки, что якобы иудаизм не очень ценит женщину в духовной сфере (изучение Торы и т.д.). И поэтому при каждой возможности Ребе отмечает, что именно женщины находятся в центре духовной жизни еврейского народа. Начиная с исхода из Египта, который произошел, как написано, благодаря женщинам-праведницам, дарование Торы, о котором говорится, что Моше обратился с Торой сначала к женщине, а потом только к мужчине, а также будущее избавление придет тоже только благодаря женщине, и более того, именно тогда раскроется наивысшая её значимость.

Женщина получила от Ребе полную уверенность, что именно она главная от природы, даже если не получила образования в университете и не сделала карьеру. Ведь это она исполняет главные функции дома и в семье, и в обществе.

Если в мире, к примеру, рождаемость не определяется как наивысшая ценность, то Ребе показал, что это не является умалением достоинства женщины - рожать много детей, а напротив, этим выражается ее особенная сила, которой нет у мужчины. Это и ответственность (и не только физическая!), которую Всевышний дал только женщине! Также и воспитание детей. Все эти моменты определяются как наиболее важные, чем карьера и общественное и экономическое положение. Это вещи, которые, в сущности, продолжают наш путь, чтоб появилось новое поколение. И только в женской власти и силе это совершить.

Ребе действительно верил в женщину, и это не пустые слова. Это было доказано различными указаниями и особенными назначениями, в частностях и в общем, которые Ребе возложил на женщин, потому что действительно ценил и знал, что у женщины есть такие силы, каких нет у мужчины. Назначение, которое было дано женщине, - находиться рядом с мужем в послании Ребе, чтобы открыть центры Хабад в каждой точке мира и помочь евреям во всем.  Ребе  сказал  - "...у хасидов равноправие между женщиной и мужчиной, и в определенных областях женщины преуспеют даже больше мужчин».

Так представлял Ребе современную женщину. Она центр дома, она центр народа и она строит будущее всего нашего народа.


рабанит Яэль Бергман

по материалам сайта  jewishwoman.ru

 

Ребецн Хая Мушка Шнеерсон. Дочь предыдущего, шестого Любавичского Ребе Йосефа-Ицхака Шнеерсона (Раяца), она родилась в субботу 25 адара 5661 (1901) года в местечке Бабиновичи, недалеко от столицы хасидизма Хабад — Любавичей. Когда она была еще маленькой девочкой, ее дед, пятый Любавичский Ребе Шолом-Дов-Бер (Рашаб), завел однажды разговор о том, за кого предстоит выдать ее замуж, и сказал: «Стоит подумать о сыне Лейвика» — то есть о Менахеме-Мендле, юном сыне раввина г. Екатеринослава, известного хасида и каббалиста рабби Леви-Ицхака Шнеерсона. Но сватовство осуществилось много позже, в 1924 году, когда Раяц со всей семьей переехал в Ленинград.

Как дочь Любавичского Ребе, ставшего религиозным лидером еврейства в Советской России 1920-х годов, и как невеста его помощника, самоотверженно исполнявшего опаснейшие поручения Раяца и жившего фактически на нелегальном положении, Хая-Мушка также подвергалась постоянной опасности. Она проявляла поразительную силу и твердость духа: известно ее бесстрашное поведение в момент ареста ее отца (15 сивана 1927 года), смелые слова, которые она бросила в лицо «евсеков»[2], предателей еврейского народа, разоблачив их ложь и лицемерие. И она первая запустила процесс, который в конечном счете привел к спасению и осво­бождению ребе Раяца. Когда в их квартире шел обыск, Хая-Мушка стояла у открытого окна и вдруг увидела, что к ней идет жених. Перегнувшись через подоконник, она негромко и выразительно проговорила: «У нас — гости». Менахем-Мендл сразу понял, что это значит, и поспешил в германское посольство. Благодаря этому уже на следующий день утром в европейских газетах появилось сенсационное сообщение: «В Совдепии арестован Любавичский Ребе», и тем самым план тайно арестовать и расправиться с Ребе прежде, чем об этом станет кому-либо известно, был сорван.

Когда смертный приговор Раяцу был заменен на ссылку в Костроме, Хая-Мушка поехала туда с отцом, чтобы заботиться о нем и обеспечивать ему нормальный быт. И она же, узнав о приказе об освобождении Ребе, послала телеграмму в Ленинград с этой доброй вестью.

Когда осенью 1927 года ребе Раяц готовился к отъезду из Советской России, он включил жениха Хаи-Мушки, Менахема-Мендла, в список членов семьи. Это вызвало сопротивление со стороны советских чиновников, и один из них насмешливо сказал Ребе: «Ну, ты-то легко найдешь любого жениха для твоей дочери и за границей!» На что Ребе ответил с чрезвычайной серьезностью: «Нет, такого жениха больше нигде не найти». Он поставил условие: если не выпустят Менахема-Мендла, то и он сам не уедет добровольно. Поскольку советские власти старались как можно скорее отделаться от еврейского религиозного лидера, причинившего им столько неприятностей и внутри страны, и за границей, они согласились на это условие.

Свадьба Менахема-Мендла и Хаи-Мушки состоялась 14 кислева 5689 года (27.11.1928) в Варшаве в помещении любавичской ешивы «Томхей тмимим». Перед началом бракосочетания ребе Раяц провозгласил: «Во время свадебного веселья из Мира Истины приходят души трех поколений отцов жениха и невесты. Так — у всех, но у некоторых больше и еще больше. Сейчас я скажу маамар, чтобы пригласить сюда души всех Рабеим: пусть придут и благословят молодых». И Ребе произнес знаменитый маамар «Леха доди», в который вплетены отрывки маамаров всех глав Хабада, начиная с Алтер Ребе, и с тех пор эти слова повторяют на всех свадьбах хасидов Хабада.

С этого времени жизнь Хаи-Муш­ки оказалась полностью посвящена мужу: она во всем помогала ему, духовно поддерживала и создавала максимально удобные условия для жизни и учебы. Вместе с ним она жила в Берлине, где рабби Менахем-Мендл учился в университете, и бесстрашно отправилась в самое логово нацистского зверя, чтобы получить разрешение на выезд во Францию. Трудности возникли, когда оказалось, что ее девичья фамилия — такая же, как у ее мужа, но ей удалось найти объяснение, которое служащий принял, хоть и очень неохотно. «Когда мы придем в Париж, — пригрозил он, — мы вас еще проверим».

Рабби Менахем-Мендл снова принялся за учебу — теперь уже в парижском Политехническом институте, а ребецн была его надежным тылом. Вместе они бежали в неоккупированную часть вишистской Франции, и только благодаря неизменной поддержке жены рабби Менахему-Мендлу удавалось продолжать самому учить Тору и преподавать ее другим, а также помогать евреям исполнять заповеди Торы даже в экстраординарных условиях войны. Вместе с мужем ребецн прошла через все треволнения, связанные с получением американской визы, и наконец они буквально чудом отплыли на пароходе из пылающей огнем мировой войны Европы.

28 сивана 5701 года (23.06.1941) Менахем-Мендл и Хая-Мушка Шнеерсон сошли на американскую землю, здесь и начался новый этап их жизни. Ребе Раяц возложил на своего зятя огромные полномочия по руководству рядом хабадских учреждений. Р. Менахем-Мендл отвечал за все, что касалось образования и воспитания юношества и в особенности издания книг по хасидизму. А 10 швата 5711 года (17.01.1951), ровно через год после кончины тестя, ребе Раяца, рабби Менахем-Мендл принял на себя руководство движением Хабад и стал седьмым Любавичским Ребе. Жизнь ребецн Хаи-Мушки, соответственно, обрела новый смысл. И в этой роли она осталась неизменной в своей преданности мужу, любви к нему и действенной поддержке во всех его начинаниях и свершениях. Супруга самого известного руководителя еврейского народа в последних поколениях, она всегда оставалась в тени, неузнанной и незнакомой подавляющему большинству людей.

Мы в социальных сетях