Вайишлах

Из трудов Любавического Ребе; адаптировано равом Джонатаном Саксом

Мы узнаем о замене имени Яакова на Исраэль (что указывает на принципиальное изменение и в характере личности). Впервые об этом поведал ангел, не сумевший его побороть (традиция сообщает: то был ангел Эйсава, а сама схватка олицетворяет неизбежно предстоящую тяжелую борьбу потомков двух братьев, в которой Эйсав не победит). Во второй раз говорит Всесильный: "Не Яаков должно быть впредь имя твое, а Исраэль". И тем не менее в Торе еще упоминается имя Яаков. В случае же с Авраамом после изменения его изначального имени – Аврам – оно уже никогда не повторяется в Торе. Чем это объяснить? И имеет ли это для нас значение сегодня?
Почему сохраняется имя Яаков?

Комментируя стих "Не Яаков должно быть впредь имя твое, а Исраэль" (Брейшит,32:29), Талмуд ставит вопрос: почему имя Яаков затем сохраняется в Торе?

Всякий, кто назовет Авраама Аврамом, нарушает установление "не будешь впредь именоваться Аврамом" (Брейшит, 7:5). Если так, то же правило должно относиться и к тому, кто называет Яаковом Исраэля. Талмуд делает вывод, что имя Яаков в этом отношении отличается от имени Аврам. После того как Б-г дал Аврааму новое имя, Тора никогда больше не называет его иначе. А Яаков называется в Торе Яаковом даже после того как ему было дано имя Исраэль.

Так почему сохраняется имя Яаков?

Существует хасидское объяснение, согласно которому имена quot;Яаков" и "Исраэль" отражают две стадии служения Б-гу, каждая из которых последовательно уместна в разные периоды религиозной жизни каждого еврея. "Исраэль" – более высокий уровень, но это не отменяет необходимости служения, заключенного в имени quot;Яаков".

ВНУТРЕННИЙ СМЫСЛ ИМЕН "ЯАКОВ" И "ИСРАЭЛЬ"

Различия между ними заключаются в следующем. Имя "Яаков" предполагает получение благословения хитростью и лукавством. В переводе с иврита "Яаков" – "облукавит". Он использовал хитрость для получения благословения, которое предназначалось Эйсаву. "Исраэль", наоборот, отражает получение благословения благородным путем. "Серара", лингвистически связанное с именем Исраэль, означает "в открытой манере". Как бы мы не интерпретировали Тору, ее буквальное значение остается в силе: благословения Ицхака относились к физическому миру и к его благам – "И даст Г-сподь тебе от росы небесной и от туков земных" (Брейшит, 27:28).

Ради этих благословений Яаков и Ривка пошли на большие жертвы и прибегли к обману. Яакову пришлось облачиться в одежды Нимрода, взятые у Эйсава, чтобы взять в свои руки и трансформировать элементы физического мира, раскрыв их святость. Иначе говоря, освободить таящиеся в них искры святости.

Деяния отцов служат знаком для детей их. В чем для нас смысл поступка Яакова? Хитрый человек не раскрывает своих искренних намерений. Кажется, что он следует путем своего оппонента, но в критический момент вдруг делает то, что собирался сделать с самого начала. Еврей в своих связях с материальным миром внешне выглядит естественно: ест, пьет, зарабатывает деньги, но он делает это во имя Небес. Его цели не являются материальными, он носит "одежды Эйсава", но должен раскрыть и поднять "святые искры".

Путь служения, обозначаемый именем "Исраэль", – это получить благословение "росы небесной и туков земных" путем "благородного и открытого поведения". У такого человека, когда он находится в мире, живет среди людей, нет необходимости скрывать свои истинные намерения служить Всевышнему. Он не испытывает напряжения, мир не имеет над ним власти и не скрывает от него таящуюся в себе Б-жественную природу.

Это можно проиллюстрировать разницей между едой в Субботу и в обычный день. Еде в будни присуще напряжение, создающееся между физическим актом и его духовной мотивацией. Это противоречие между внешним облачением и внутренним намерением – своего рода хитрость. Но еда в Субботу сама по себе есть выполнение заповеди, в ней проявляется заключенная в физическом мире святость.

В этом свете мы можем понять значение стиха: "не Яаков должно быть впредь имя твое, а Исраэль, ибо ты состязался с ангелом и с людьми и одолел". Под ангелами обычно подразумевается семьдесят небесных владык, через которых излучения Б-жественности текут в мир и поддерживают физическую природу. Тем самым они служат для сокрытия Б-жественности. "Люди" в данном контексте означают еще большую степень сокрытия, ибо люди способны отвратить еврея от исполнения воли Б-га. Потому первая фраза в "Шулхан Арух" (свод еврейских законов) предупреждает, чтобы мы не стеснялись насмешников. Основа всего служения Б-гу для еврея заключается в том, чтобы сломать барьеры, скрывающие Б-га.

В том и состояла доблесть Исраэля, что он боролся и с ангелом, и с людьми и преодолел оба олицетворяемых этими понятиями вида сокрытия Всевышнего. Для него больше не существует преград, они фактически уступили благословениям. Он не только выиграл борьбу с ангелом (имеется в виду ангел-хранитель Эйсава), но ангел сам благословил его. Вот достижение, о котором в притчах Соломоновых (16:7) сказано: "он заставляет даже своих врагов быть с ним в мире".

БОРЬБА

Указанное различие согласуется с объяснением, данным в книге "Ликутей Тора" на стих: "не увидел провинности в Яакове и не видел зла в Израиле" (Бемидбар, 23:2). На уровне, обозначаемом именем Яаков, у еврея нет провинности, но он испытывает ущерб, его свобода от греха достигается только путем напряжения и борьбы, потому что он должен преодолеть внешние преграды. Именно поэтому он называется "Яаков – слуга мой", служение (на иврите "авода") отражает тяжелые усилия, требующиеся для возвышения физической природы человека (его "животной" души). Человек не совершает греха, но по-прежнему испытывает стремление к греху, которое он и должен преодолеть. А имя Исраэль не содержит "ущерба", в борьбе с "ангелом и с людьми" разрушены все барьеры, скрывающие Б-жественность. Он заставил замолчать свое дурное начало. Израилю нет необходимости бороться с силами, что мешают его восприятию Б-жественного. Его дальнейший прогресс целиком лежит в области святого.

ПОБЕДА ПОЛНАЯ И ПОБЕДА ЧАСТИЧНАЯ

Ребе Раяц рассказывал о Цемах-Цедеке (третьем Любавичском Ребе) следующую историю. Однажды во время собрания хасидов он вскочил на стол и в большом волнении воскликнул: "В чем разница между тем, что убито полностью, и тем, что убито частично?" Это относится к выражению Талмуда, что "частично" убить означает убить. Цемах-Цедек придал галахическому высказыванию хасидскую интерпретацию, применив его к убийству "злого начала", то есть стремления к греху. Даже частичное убийство является убийством. Мы должны убить злое начало по крайней мере частично.

По прошествии какого-то времени он продолжал: "А в момент, когда человек достиг точки “убийства”, жизнь приобретает новый характер".

Эти два высказывания Цемах-Цедека относятся к уровням служения, обозначаемым словами Яаков и Исраэль. На уровне Яакова все еще есть борьба между добрым и злым началами. Жизнь полна напряжения. Это – "частичное убийство". Но на уровне Исраэля, когда "убийство" совершено, жизнь трансформируется в абсолютно новую, наполненную покоем и духовными наслаждениями.

УРОВНИ ЖИЗНИ ПРАВЕДНИКА И СРЕДНЕГО ЧЕЛОВЕКА (БЕЙНОНИ)

Эти два уровня служения относятся к двум степеням внутри Б-жественной души. Имя Яаков на иврите можно разделить, представив как букву "юд" и слово "экев" (пятка). То есть здесь ощущение Б-га, которого символизирует буква "юд", достигло только самых низших уровней души, оставляя тем самым возможность сокрытия, которое нужно преодолеть. С другой стороны, имя Исраэль содержит те же самые буквы, что слова "ли рош" (дословно: "голова принадлежит мне"). Вся душа, до ее высших пределов, пронизана знанием Б-га. Здесь невозможно сокрытие и не нужна борьба. Если говорить в общих терминах, то имя Исраэль означает цадика (то есть стадию полной праведности), а имя Яаков означает бейнони (промежуточный уровень, доступный каждому человеку). Соотносясь с промежуточным уровнем, "Яаков" означает служение в будние дни, а "Исраэль" – служение в Субботу. И даже на уровне полной праведности все еще существует аналогия и с именем Яаков, и с именем Исраэль. Это ясно хотя бы из того, что Исраэля называют Яаковом даже после изменения имени. В нем, как и в каждом еврее, Яаков остается необходимым элементом служения Б-гу.

СОВРЕМЕННОЕ ЗНАЧЕНИЕ ИМЕНИ ЯАКОВ

Из того факта, что уровень Яакова, как мы упоминали ранее, свободен от греха и все же подразумевает постоянные усилия, следует, что еврей, хотя его борьба с противоречивыми желаниями трудна и сопряжена с риском, обладает силой, достаточной для того, чтобы победить и оставаться свободным от греха. Ибо он есть "росток насаждений Моих, дело рук Моих" и "часть Всевышнего".

Так же, как ничто не в состоянии одержать верх над Б-гом, так и ничто не в состоянии одолеть еврея против его воли. И ему была обещана победа в этой борьбе, ибо сказано: "Не будут отвергнуты Им отверженные" и "У каждого еврея есть удел в мире грядущем".

Эти обещания (как и все слова Торы) имеют отношение к нашим сегодняшним духовным проблемам. Уверенность в конечной победе должна укрепить нашу радость в служении Б-гу, а эта радость, в свою очередь, внесет вклад в победу над нашей материальной природой и тем самым сократит саму борьбу. Предыдущий Ребе говорил: "Хотя солдат встречается лицом к лицу с опасностью, он идет на бой с радостной песней, и радость эта приносит ему победу".

Именно поэтому мы говорим по окончании Субботы: "не страшись, раб Мой Яаков". Ведь как объяснено выше, в Субботу еврей стоит на уровне, обозначаемом именем Исраэль, а по его окончании, когда мы возвращаемся к уровню "раба Моего Яакова" и к будничным трудам, нам говорится: "Не страшись!" Это не просто приказ, но и источник силы и радости, которые сократят труд и приблизят награду – вплоть до того момента, когда мы удостоимся времени, о котором сказано: "Вечная жизнь Субботы и покоя".


по материалам сайта http://www.ru.chabad.org

Поиск

Деятельность Ребе

Синагога Бродского

Зажигание свечей

 

Ребе не игнорирует тот факт, что современная женщина работает, занимается общественными делами, а не выполняет только домашние обязанности. Ребе принял во внимание все существующие факты, чтобы извлечь из них максимальную выгоду. То есть, Ребе не приказал женщине вернуться домой, как ей подобает, напротив, Ребе требует от женщины использовать все свои силы, например, силу влияния в пользу Торы и заповедей.

Он направил это стремление женщины к равноправию в духовность, воспитание и другие ценности. Ребе потребовал от женщин выйти из дома и распространять свет Торы в своем окружении. И даже если женщина занимается, на первый взгляд, материальными делами, как, например, дизайн одежды, то и там она соблюдает все правила, такие как скромность, и также влияет на других женщин, чтобы и они одевались соответственно. Вместе с этим она растит и воспитывает детей, живущих по законам Торы и соблюдающих заповеди, тем самым выражая свой огромный женский еврейский потенциал.

Важно отметить, что вместе с этим Ребе не отказывается от основных вещей: семьи и скромности. Все, чем занимается женщина для достижения своих целей, должно соответствовать законам скромности в одежде и поведении и, естественно, не должно мешать созданию большой семьи и воспитанию детей.

Ребе с самого начала своего лидерства беспокоился о том, чтобы вся деятельность женщин была организована таким образом, чтобы они смогли еще чему-то научиться и влиять на других женщин. На этих принципах Ребе создал большую женскую организацию «Общество женщин и девушек Хабад», то есть Ребе предвидел появление женских организаций по всему миру, и уже 60 лет назад он создал свою организацию, в которой до сегодняшнего дня с удовольствием состоят тысячи женщин.

Указания Ребе женщинам затрагивают многие сферы. Если мы попробуем перечислить их, то увидим, что это дом, что, в сущности, является главной обязанностью женщины - отношения с мужем, создание семьи, воспитание детей, кашрут, зажигание шабатних свечей, скромность, изучение Торы и т.д. И вне дома - воспитание еврейских детей, помощь ближнему, создание еврейских центров, помощь роженицам и т.д.

Также Ребе выделил специально для женщин письма с просьбами, указаниями, дающими поддержку. Например, ношение парика после замужества, а не платка, установка цдаки на кухне и вложение в нее денег перед началом приготовления пищи и другое.

Одна из причин того, что Ребе уделил так много времени делам женщин, - исключение распространенной ошибки, что якобы иудаизм не очень ценит женщину в духовной сфере (изучение Торы и т.д.). И поэтому при каждой возможности Ребе отмечает, что именно женщины находятся в центре духовной жизни еврейского народа. Начиная с исхода из Египта, который произошел, как написано, благодаря женщинам-праведницам, дарование Торы, о котором говорится, что Моше обратился с Торой сначала к женщине, а потом только к мужчине, а также будущее избавление придет тоже только благодаря женщине, и более того, именно тогда раскроется наивысшая её значимость.

Женщина получила от Ребе полную уверенность, что именно она главная от природы, даже если не получила образования в университете и не сделала карьеру. Ведь это она исполняет главные функции дома и в семье, и в обществе.

Если в мире, к примеру, рождаемость не определяется как наивысшая ценность, то Ребе показал, что это не является умалением достоинства женщины - рожать много детей, а напротив, этим выражается ее особенная сила, которой нет у мужчины. Это и ответственность (и не только физическая!), которую Всевышний дал только женщине! Также и воспитание детей. Все эти моменты определяются как наиболее важные, чем карьера и общественное и экономическое положение. Это вещи, которые, в сущности, продолжают наш путь, чтоб появилось новое поколение. И только в женской власти и силе это совершить.

Ребе действительно верил в женщину, и это не пустые слова. Это было доказано различными указаниями и особенными назначениями, в частностях и в общем, которые Ребе возложил на женщин, потому что действительно ценил и знал, что у женщины есть такие силы, каких нет у мужчины. Назначение, которое было дано женщине, - находиться рядом с мужем в послании Ребе, чтобы открыть центры Хабад в каждой точке мира и помочь евреям во всем.  Ребе  сказал  - "...у хасидов равноправие между женщиной и мужчиной, и в определенных областях женщины преуспеют даже больше мужчин».

Так представлял Ребе современную женщину. Она центр дома, она центр народа и она строит будущее всего нашего народа.


рабанит Яэль Бергман

по материалам сайта  jewishwoman.ru

 

Ребецн Хая Мушка Шнеерсон. Дочь предыдущего, шестого Любавичского Ребе Йосефа-Ицхака Шнеерсона (Раяца), она родилась в субботу 25 адара 5661 (1901) года в местечке Бабиновичи, недалеко от столицы хасидизма Хабад — Любавичей. Когда она была еще маленькой девочкой, ее дед, пятый Любавичский Ребе Шолом-Дов-Бер (Рашаб), завел однажды разговор о том, за кого предстоит выдать ее замуж, и сказал: «Стоит подумать о сыне Лейвика» — то есть о Менахеме-Мендле, юном сыне раввина г. Екатеринослава, известного хасида и каббалиста рабби Леви-Ицхака Шнеерсона. Но сватовство осуществилось много позже, в 1924 году, когда Раяц со всей семьей переехал в Ленинград.

Как дочь Любавичского Ребе, ставшего религиозным лидером еврейства в Советской России 1920-х годов, и как невеста его помощника, самоотверженно исполнявшего опаснейшие поручения Раяца и жившего фактически на нелегальном положении, Хая-Мушка также подвергалась постоянной опасности. Она проявляла поразительную силу и твердость духа: известно ее бесстрашное поведение в момент ареста ее отца (15 сивана 1927 года), смелые слова, которые она бросила в лицо «евсеков»[2], предателей еврейского народа, разоблачив их ложь и лицемерие. И она первая запустила процесс, который в конечном счете привел к спасению и осво­бождению ребе Раяца. Когда в их квартире шел обыск, Хая-Мушка стояла у открытого окна и вдруг увидела, что к ней идет жених. Перегнувшись через подоконник, она негромко и выразительно проговорила: «У нас — гости». Менахем-Мендл сразу понял, что это значит, и поспешил в германское посольство. Благодаря этому уже на следующий день утром в европейских газетах появилось сенсационное сообщение: «В Совдепии арестован Любавичский Ребе», и тем самым план тайно арестовать и расправиться с Ребе прежде, чем об этом станет кому-либо известно, был сорван.

Когда смертный приговор Раяцу был заменен на ссылку в Костроме, Хая-Мушка поехала туда с отцом, чтобы заботиться о нем и обеспечивать ему нормальный быт. И она же, узнав о приказе об освобождении Ребе, послала телеграмму в Ленинград с этой доброй вестью.

Когда осенью 1927 года ребе Раяц готовился к отъезду из Советской России, он включил жениха Хаи-Мушки, Менахема-Мендла, в список членов семьи. Это вызвало сопротивление со стороны советских чиновников, и один из них насмешливо сказал Ребе: «Ну, ты-то легко найдешь любого жениха для твоей дочери и за границей!» На что Ребе ответил с чрезвычайной серьезностью: «Нет, такого жениха больше нигде не найти». Он поставил условие: если не выпустят Менахема-Мендла, то и он сам не уедет добровольно. Поскольку советские власти старались как можно скорее отделаться от еврейского религиозного лидера, причинившего им столько неприятностей и внутри страны, и за границей, они согласились на это условие.

Свадьба Менахема-Мендла и Хаи-Мушки состоялась 14 кислева 5689 года (27.11.1928) в Варшаве в помещении любавичской ешивы «Томхей тмимим». Перед началом бракосочетания ребе Раяц провозгласил: «Во время свадебного веселья из Мира Истины приходят души трех поколений отцов жениха и невесты. Так — у всех, но у некоторых больше и еще больше. Сейчас я скажу маамар, чтобы пригласить сюда души всех Рабеим: пусть придут и благословят молодых». И Ребе произнес знаменитый маамар «Леха доди», в который вплетены отрывки маамаров всех глав Хабада, начиная с Алтер Ребе, и с тех пор эти слова повторяют на всех свадьбах хасидов Хабада.

С этого времени жизнь Хаи-Муш­ки оказалась полностью посвящена мужу: она во всем помогала ему, духовно поддерживала и создавала максимально удобные условия для жизни и учебы. Вместе с ним она жила в Берлине, где рабби Менахем-Мендл учился в университете, и бесстрашно отправилась в самое логово нацистского зверя, чтобы получить разрешение на выезд во Францию. Трудности возникли, когда оказалось, что ее девичья фамилия — такая же, как у ее мужа, но ей удалось найти объяснение, которое служащий принял, хоть и очень неохотно. «Когда мы придем в Париж, — пригрозил он, — мы вас еще проверим».

Рабби Менахем-Мендл снова принялся за учебу — теперь уже в парижском Политехническом институте, а ребецн была его надежным тылом. Вместе они бежали в неоккупированную часть вишистской Франции, и только благодаря неизменной поддержке жены рабби Менахему-Мендлу удавалось продолжать самому учить Тору и преподавать ее другим, а также помогать евреям исполнять заповеди Торы даже в экстраординарных условиях войны. Вместе с мужем ребецн прошла через все треволнения, связанные с получением американской визы, и наконец они буквально чудом отплыли на пароходе из пылающей огнем мировой войны Европы.

28 сивана 5701 года (23.06.1941) Менахем-Мендл и Хая-Мушка Шнеерсон сошли на американскую землю, здесь и начался новый этап их жизни. Ребе Раяц возложил на своего зятя огромные полномочия по руководству рядом хабадских учреждений. Р. Менахем-Мендл отвечал за все, что касалось образования и воспитания юношества и в особенности издания книг по хасидизму. А 10 швата 5711 года (17.01.1951), ровно через год после кончины тестя, ребе Раяца, рабби Менахем-Мендл принял на себя руководство движением Хабад и стал седьмым Любавичским Ребе. Жизнь ребецн Хаи-Мушки, соответственно, обрела новый смысл. И в этой роли она осталась неизменной в своей преданности мужу, любви к нему и действенной поддержке во всех его начинаниях и свершениях. Супруга самого известного руководителя еврейского народа в последних поколениях, она всегда оставалась в тени, неузнанной и незнакомой подавляющему большинству людей.

Мы в социальных сетях