Праматерь Лея

Четыре праматери было у нашего народа – Сара, Ривка, Рахель и Лея. Лея, самая скромная из них, выносила в своем чреве прародителей половины израильских колен.

Праматерь Лея, дочь Лавана-арамейца, как и ее сестра Рахель, была женой праотца Авраама. История ее замужества и рождения детей описана в Торе.

В Торе редки случаи описания внешности героя. О Лее же говорится, что «глаза ее нежные». Комментаторы по-разному объясняют эту фразу, но самый распространенный комментарий такой:

Все вокруг говорили, что у Лавана две дочери, Лея и Рахель, а у его сестры Ривки два сына, Эсав и Яаков, и как было бы мудро выдать старшую за старшего, а младшую за младшего! Лея, слыша это, плакала и молилась, чтобы ей ни в коем случае не оказаться женой злодея Эсава. От слез ее нежные глаза покраснели, а ресницы выпали.

Обман

Праведница Лея от природы была скромной и застенчивой. Все, чего она хотела – это создать семью и вырастить своих детей угодными Б-гу. Но когда она поняла, что ей угрожает опасность стать женой злодея Эсава, она решила действовать. Лея пошла на обман, придуманный ее отцом.

Во время свадьбы Яакова и ее сестры Рахели, за которую он работал семь лет на Лавана, Лея с закрытым покрывалом лицом встала под свадебный балдахин рядом с женихом. Когда обман раскрылся, было уже поздно. Яакову пришлось отработать на Лавана еще семь лет, чтобы все-таки жениться на своей возлюбленной Рахели.

Всю оставшуюся жизнь Лея страдала от сплетен окружающих о ее нечестном замужестве и от холодного отношения мужа.

Вознаграждение свыше

Старшая сестра, некрасивая и нелюбимая, рядом с младшей – красавицей Рахелью. Обе – жены одного мужа, Яакова.

Но свыше Лее было послано счастье материнства. Она родила Яакову шестерых сыновей и одну дочь. Ее сыновья стали прародителями шести израильских колен из двенадцати. «И увидел Г-сподь, что нелюбима Лея, и растворил ее утробу, а Рахель бесплодна».

Рождение каждого сына приносило Лее надежду, что муж наконец-то привяжется к ней. Но этой надежде так и не суждено было сбыться.

В поиске любви

В те времена было принято, чтобы имена детям давал отец. Однако Лея сама дала своим детям имена, в которых выразила свое страстное желание любви.

Старшего сына она назвала Реувеном – «Смотрите, сын»: может, теперь, когда она родила Яакову сына, он полюбит ее! Второго назвала Шимоном: Всевышний услышал, что она нелюбима, и дал ей еще одного сына. Третий сын получил имя Леви: может, теперь муж будет повсюду ходить со мной. Четвертый был назван Юда – благодарность. (Кстати, в Талмуде написано, что Лея была первым человеком на земле, поблагодарившим Всевышнего).

Комментаторы говорят, что Лея пророческим духом знала, что у Яакова будет двенадцать детей – основателей колен будущего народа. Стало быть, на каждую из двух его жен и двух наложниц приходится по четыре ребенка. Родив Иегуду, Лея поблагодарила Всевышнего за то, что дал ей ее долю.

История Леи учит нас тихому, скромному женскому мужеству. Мужеству, за которое не дают наград, и о котором не знают восхищенные зрители. Ей было нелегко. Жизнь ее была горькой и безотрадной. Но она не сломалась, а нашла плюс и в своем положении. Этим плюсом стало для нее материнство. Лея смотрела вперед и знала, что она исполняет в этом мире важнейшую миссию – закладывает основы еврейского народа. Поэтому она продолжала делать то, что от нее требовалось.

Но об одном «срыве» Леи нам все-таки известно из Торы. В ее жизни был эпизод, когда она отказалась смириться со своим положением.

У каждой из жен и наложниц Яакова был свой шатер. Яаков же избрал «постоянным местом жительства» шатер Рахели. Лее очень хотелось заполучить мужа к себе, хоть ненадолго. Впрочем, величайший комментатор Торы, Раши, считает, что Лея желала этого не для своей личной пользы и не для того, чтобы победить сестру-соперницу. Лея хотела привести в этот мир как можно больше детей – основателей еврейского народа.

Старший сын Леи Реувен нашел в поле мандрагоры – растение, известное как средство от бесплодия. Бесплодная Рахель просит у Леи немного мандрагор. Лея отвечает: «Мало того, что ты забрала у меня мужа, еще и мандрагоры мои хочешь забрать!?» Но это был единственный раз, когда Лея позволила своим чувствам вырваться.

Рождение Дины

Но все же, несмотря на недобрые чувства, Лея любила младшую сестру и заботилась о ней. Как уже было сказано, Лея пророческим духом знала, что у Яакова будет двенадцать детей – основателей колен будущего народа. Шестерых уже родила она, Лея. У наложниц было по двое сыновей. У Рахели – первенец. Поэтому, забеременев в седьмой раз, Лея молилась Всевышнему о том, чтобы родить девочку и не делать долю Рахели меньшей, чем доля наложниц.

Так родилась единственная дочь Яакова, Дина.

Наконец-то рядом с мужем

Смерть Леи не описывается в  Торе. О месте ее захоронения упомянуто только вскользь: Яаков завещает похоронить себя в пещере  Махпела, где уже похоронены его предки и Лея.

Так, в смерти, любовь Леи стала наконец-то взаимной, и она обрела место рядом с мужем.

по материалам сайта http://dlyatebya.kz

Поиск

Деятельность Ребе

Синагога Бродского

Зажигание свечей

 

Ребе не игнорирует тот факт, что современная женщина работает, занимается общественными делами, а не выполняет только домашние обязанности. Ребе принял во внимание все существующие факты, чтобы извлечь из них максимальную выгоду. То есть, Ребе не приказал женщине вернуться домой, как ей подобает, напротив, Ребе требует от женщины использовать все свои силы, например, силу влияния в пользу Торы и заповедей.

Он направил это стремление женщины к равноправию в духовность, воспитание и другие ценности. Ребе потребовал от женщин выйти из дома и распространять свет Торы в своем окружении. И даже если женщина занимается, на первый взгляд, материальными делами, как, например, дизайн одежды, то и там она соблюдает все правила, такие как скромность, и также влияет на других женщин, чтобы и они одевались соответственно. Вместе с этим она растит и воспитывает детей, живущих по законам Торы и соблюдающих заповеди, тем самым выражая свой огромный женский еврейский потенциал.

Важно отметить, что вместе с этим Ребе не отказывается от основных вещей: семьи и скромности. Все, чем занимается женщина для достижения своих целей, должно соответствовать законам скромности в одежде и поведении и, естественно, не должно мешать созданию большой семьи и воспитанию детей.

Ребе с самого начала своего лидерства беспокоился о том, чтобы вся деятельность женщин была организована таким образом, чтобы они смогли еще чему-то научиться и влиять на других женщин. На этих принципах Ребе создал большую женскую организацию «Общество женщин и девушек Хабад», то есть Ребе предвидел появление женских организаций по всему миру, и уже 60 лет назад он создал свою организацию, в которой до сегодняшнего дня с удовольствием состоят тысячи женщин.

Указания Ребе женщинам затрагивают многие сферы. Если мы попробуем перечислить их, то увидим, что это дом, что, в сущности, является главной обязанностью женщины - отношения с мужем, создание семьи, воспитание детей, кашрут, зажигание шабатних свечей, скромность, изучение Торы и т.д. И вне дома - воспитание еврейских детей, помощь ближнему, создание еврейских центров, помощь роженицам и т.д.

Также Ребе выделил специально для женщин письма с просьбами, указаниями, дающими поддержку. Например, ношение парика после замужества, а не платка, установка цдаки на кухне и вложение в нее денег перед началом приготовления пищи и другое.

Одна из причин того, что Ребе уделил так много времени делам женщин, - исключение распространенной ошибки, что якобы иудаизм не очень ценит женщину в духовной сфере (изучение Торы и т.д.). И поэтому при каждой возможности Ребе отмечает, что именно женщины находятся в центре духовной жизни еврейского народа. Начиная с исхода из Египта, который произошел, как написано, благодаря женщинам-праведницам, дарование Торы, о котором говорится, что Моше обратился с Торой сначала к женщине, а потом только к мужчине, а также будущее избавление придет тоже только благодаря женщине, и более того, именно тогда раскроется наивысшая её значимость.

Женщина получила от Ребе полную уверенность, что именно она главная от природы, даже если не получила образования в университете и не сделала карьеру. Ведь это она исполняет главные функции дома и в семье, и в обществе.

Если в мире, к примеру, рождаемость не определяется как наивысшая ценность, то Ребе показал, что это не является умалением достоинства женщины - рожать много детей, а напротив, этим выражается ее особенная сила, которой нет у мужчины. Это и ответственность (и не только физическая!), которую Всевышний дал только женщине! Также и воспитание детей. Все эти моменты определяются как наиболее важные, чем карьера и общественное и экономическое положение. Это вещи, которые, в сущности, продолжают наш путь, чтоб появилось новое поколение. И только в женской власти и силе это совершить.

Ребе действительно верил в женщину, и это не пустые слова. Это было доказано различными указаниями и особенными назначениями, в частностях и в общем, которые Ребе возложил на женщин, потому что действительно ценил и знал, что у женщины есть такие силы, каких нет у мужчины. Назначение, которое было дано женщине, - находиться рядом с мужем в послании Ребе, чтобы открыть центры Хабад в каждой точке мира и помочь евреям во всем.  Ребе  сказал  - "...у хасидов равноправие между женщиной и мужчиной, и в определенных областях женщины преуспеют даже больше мужчин».

Так представлял Ребе современную женщину. Она центр дома, она центр народа и она строит будущее всего нашего народа.


рабанит Яэль Бергман

по материалам сайта  jewishwoman.ru

 

Ребецн Хая Мушка Шнеерсон. Дочь предыдущего, шестого Любавичского Ребе Йосефа-Ицхака Шнеерсона (Раяца), она родилась в субботу 25 адара 5661 (1901) года в местечке Бабиновичи, недалеко от столицы хасидизма Хабад — Любавичей. Когда она была еще маленькой девочкой, ее дед, пятый Любавичский Ребе Шолом-Дов-Бер (Рашаб), завел однажды разговор о том, за кого предстоит выдать ее замуж, и сказал: «Стоит подумать о сыне Лейвика» — то есть о Менахеме-Мендле, юном сыне раввина г. Екатеринослава, известного хасида и каббалиста рабби Леви-Ицхака Шнеерсона. Но сватовство осуществилось много позже, в 1924 году, когда Раяц со всей семьей переехал в Ленинград.

Как дочь Любавичского Ребе, ставшего религиозным лидером еврейства в Советской России 1920-х годов, и как невеста его помощника, самоотверженно исполнявшего опаснейшие поручения Раяца и жившего фактически на нелегальном положении, Хая-Мушка также подвергалась постоянной опасности. Она проявляла поразительную силу и твердость духа: известно ее бесстрашное поведение в момент ареста ее отца (15 сивана 1927 года), смелые слова, которые она бросила в лицо «евсеков»[2], предателей еврейского народа, разоблачив их ложь и лицемерие. И она первая запустила процесс, который в конечном счете привел к спасению и осво­бождению ребе Раяца. Когда в их квартире шел обыск, Хая-Мушка стояла у открытого окна и вдруг увидела, что к ней идет жених. Перегнувшись через подоконник, она негромко и выразительно проговорила: «У нас — гости». Менахем-Мендл сразу понял, что это значит, и поспешил в германское посольство. Благодаря этому уже на следующий день утром в европейских газетах появилось сенсационное сообщение: «В Совдепии арестован Любавичский Ребе», и тем самым план тайно арестовать и расправиться с Ребе прежде, чем об этом станет кому-либо известно, был сорван.

Когда смертный приговор Раяцу был заменен на ссылку в Костроме, Хая-Мушка поехала туда с отцом, чтобы заботиться о нем и обеспечивать ему нормальный быт. И она же, узнав о приказе об освобождении Ребе, послала телеграмму в Ленинград с этой доброй вестью.

Когда осенью 1927 года ребе Раяц готовился к отъезду из Советской России, он включил жениха Хаи-Мушки, Менахема-Мендла, в список членов семьи. Это вызвало сопротивление со стороны советских чиновников, и один из них насмешливо сказал Ребе: «Ну, ты-то легко найдешь любого жениха для твоей дочери и за границей!» На что Ребе ответил с чрезвычайной серьезностью: «Нет, такого жениха больше нигде не найти». Он поставил условие: если не выпустят Менахема-Мендла, то и он сам не уедет добровольно. Поскольку советские власти старались как можно скорее отделаться от еврейского религиозного лидера, причинившего им столько неприятностей и внутри страны, и за границей, они согласились на это условие.

Свадьба Менахема-Мендла и Хаи-Мушки состоялась 14 кислева 5689 года (27.11.1928) в Варшаве в помещении любавичской ешивы «Томхей тмимим». Перед началом бракосочетания ребе Раяц провозгласил: «Во время свадебного веселья из Мира Истины приходят души трех поколений отцов жениха и невесты. Так — у всех, но у некоторых больше и еще больше. Сейчас я скажу маамар, чтобы пригласить сюда души всех Рабеим: пусть придут и благословят молодых». И Ребе произнес знаменитый маамар «Леха доди», в который вплетены отрывки маамаров всех глав Хабада, начиная с Алтер Ребе, и с тех пор эти слова повторяют на всех свадьбах хасидов Хабада.

С этого времени жизнь Хаи-Муш­ки оказалась полностью посвящена мужу: она во всем помогала ему, духовно поддерживала и создавала максимально удобные условия для жизни и учебы. Вместе с ним она жила в Берлине, где рабби Менахем-Мендл учился в университете, и бесстрашно отправилась в самое логово нацистского зверя, чтобы получить разрешение на выезд во Францию. Трудности возникли, когда оказалось, что ее девичья фамилия — такая же, как у ее мужа, но ей удалось найти объяснение, которое служащий принял, хоть и очень неохотно. «Когда мы придем в Париж, — пригрозил он, — мы вас еще проверим».

Рабби Менахем-Мендл снова принялся за учебу — теперь уже в парижском Политехническом институте, а ребецн была его надежным тылом. Вместе они бежали в неоккупированную часть вишистской Франции, и только благодаря неизменной поддержке жены рабби Менахему-Мендлу удавалось продолжать самому учить Тору и преподавать ее другим, а также помогать евреям исполнять заповеди Торы даже в экстраординарных условиях войны. Вместе с мужем ребецн прошла через все треволнения, связанные с получением американской визы, и наконец они буквально чудом отплыли на пароходе из пылающей огнем мировой войны Европы.

28 сивана 5701 года (23.06.1941) Менахем-Мендл и Хая-Мушка Шнеерсон сошли на американскую землю, здесь и начался новый этап их жизни. Ребе Раяц возложил на своего зятя огромные полномочия по руководству рядом хабадских учреждений. Р. Менахем-Мендл отвечал за все, что касалось образования и воспитания юношества и в особенности издания книг по хасидизму. А 10 швата 5711 года (17.01.1951), ровно через год после кончины тестя, ребе Раяца, рабби Менахем-Мендл принял на себя руководство движением Хабад и стал седьмым Любавичским Ребе. Жизнь ребецн Хаи-Мушки, соответственно, обрела новый смысл. И в этой роли она осталась неизменной в своей преданности мужу, любви к нему и действенной поддержке во всех его начинаниях и свершениях. Супруга самого известного руководителя еврейского народа в последних поколениях, она всегда оставалась в тени, неузнанной и незнакомой подавляющему большинству людей.

Мы в социальных сетях