Тамуз: от печали до радости

Нохум-Зеэв Рапопорт

Мыслители-мистики связывают тяжелую духовную атмосферу, свойственную месяцу тамуз, с рассказом Торы о том, как Моше по требованию народа послал разведчиков, чтобы собрать сведения о стране Ханаан, которую евреи должны были завоевать. Вернувшись, лазутчики сообщили: страну населяют могучие народы, живущие в неприступных крепостях. Они утверждали также, что Израиль не сможет победить их. Рассказ лазутчиков поверг народ в уныние, и люди перестали верить обещаниям Творца привести их в Землю обетованную.

За это Всевышний разгневался на них и оставил в пустыне почти на сорок лет, в течение которых вымерло все поколение выходцев из Египта (см. Бемидбар, 13:1–14:43). По преданию, лазутчики отправились в путь 29-го числа месяца сиван и вернулись через 40 дней – 9 ава. Таким образом, все дни месяца тамуз они находились в пути. Соответственно комментариям к Торе и Талмуду, лазутчики, отправляясь в путь, руководствовались неблаговидным намерением: вернувшись, посеять в народе Израиля сомнения в том, что возможно поселиться в стране, обещанной им Творцом. Потому и считается, что на протяжении всего месяца тамуз на мир влияют негативные духовные силы.

Последовательность букв тетраграмматона, относящаяся к месяцу тамуз, зашифрована в последних буквах слов фразы, которую произнес злодей Аман, делясь со своими близкими переживаниями по поводу того, что еврей Мордехай омрачает его жизнь: «Зе эйнену шаве ли…» («<Все> это теряет для меня всякую ценность…»; Мегилат Эстер, 5:13). Такая последовательность образуется следующим образом: последняя буква в слове «зе» – эй, в слове «эйнену» – вав; в слове «шавэ» – эй, в слове «ли» – йод. Можно сразу заметить: эта последовательность букв также образует само четырехбуквенное Имя (а не какую-либо комбинацию его букв) при условии, что слово будут читать слева направо, т. е. эта последовательность – зеркальное отражение тетраграмматона. Левая сторона в еврейской мистике символизирует сферу зла. И то, что к месяцу тамуз относится такая последовательность букв Имени, указывает на преобладание в нем отрицательных сил.

Хасидские мыслители отмечают, что гематрия слов «зе эйнену шаве ли» – 480: зайн (7) + эй (5) + алеф (1) + йод (10) + нун (50) + нун (50) + вав (6) + шин (300) + вав (6) + эй (5) + ламед (30) + йод (10). Та же гематрия и у слова «Лилит»: ламед (30) + йод (10) + ламед (30) + йод (10) + тав (400) = 480. Лилит в каббале – персонифицированное женское начало сил зла, искушения, соблазна. Наши учители считают также, что это слово происходит от слова «йелала» – «стон», «вой», «оплакивание», – и таким образом связывают на уровне мистики имя Лилит со стихом в Танахе, где упоминается идол Тамуз: «<…>и вот там женщины сидят и оплакивают Тамуза» (Йехезкель, 8:14). «Женщины <…> оплакивают <…>» – т. е. женское начало в сфере зла, называемое Лилит, проявляется в месяце тамуз. На стремление победить Лилит силами добра намекает и то, что сказано в книге Шмот (15:20): «И взяла пророчица Мирьям, сестра Аарона <…> бубен, и вышли все женщины за ней в хоровод <под звуки> бубна». Слово «бубен» на иврите – «тоф». Его гематрия – тав (400) + пэй (80) = 480 – та же, что и у слова «Лилит».

Хасидские ученые находят связь приведенного выше стиха из Мегилат Эстер с месяцем тамуз. Согласно учению каббалы, Аман выбрал месяц адар для того, чтобы исполнить свой замысел – истребить еврейский народ. Занимаясь оккультными науками, он знал о значении последовательности букв тетраграмматона, относящейся к месяцу адар. Это последний, двенадцатый месяц года, начиная с нисана. К месяцу нисан относится четырехбуквенное сочетание, образующее Имя. В течение 12 месяцев эти буквы сочетаются в разных вариантах, пока не выстраиваются в адаре в последовательности, обратной той, которая была в нисане. Такое расположение букв Имени указывает на гегемонию сферы зла, когда возможно сокрушить Израиль. Поэтому Аман и связывал свои планы с месяцем адар. Однако Всевышний расстроил его замысел и на духовном уровне, заменив последовательность букв, относящихся к месяцу адар, и перенеся ее на месяц тамуз, в котором Сатана преуспел в своем злодействе, добившись разрушения Храма. Однако попытка Амана уничтожить еврейский народ не удалась. Несмотря на то что в месяце тамуз на евреев обрушивались великие беды, они уцелели как народ. И на это намекает стих из Мегилат Эстер (9:22): «<…>месяц, который из печального превратился в радостный, из траурного – в праздничный <…>» – т. е. изменилась его духовная природа благодаря изменению сочетания букв тетраграмматона. Каббала считает: месяц тамуз в целом печальнее месяца ав, девятый день которого самый горький в еврейском календаре, ибо вторая половина месяца ав отмечена переходом от печали к радости, и 15 ава – полупраздничный день.

Однако в последнем столетии месяц тамуз был отмечен и радостным событием в истории евреев России и всего мира. Двенадцатого числа этого месяца 5687 года (1927 года по григорианскому календарю) был оправдан, а 13-го освобожден находившийся в ссылке шестой Любавичский Ребе, Йосеф-Ицхак Шнеерсон.

В Танахе и книгах законоучителей сказано: дни памяти о печальных событиях и посты даны нам не для увековечения скорби, – в будущем они станут днями радости и веселья. А сейчас мы должны проанализировать причины, которые привели к этим трагическим событиям, и стараться больше не допускать ничего подобного.

Седьмой Любавичский Ребе отмечает: такого объяснения недостаточно. В этом случае радостные события должны были произойти в месяце тамуз позже печальных, подобно тому как в месяце ав первые отмечают 15-го, а вторые – 9-го. Кажется, все дни месяца тамуз несут на себе отпечаток поста 17-го числа. Однако в самом посте и в событиях, приведших к нему, есть два аспекта: внешний и внутренний. Внешний – это страдания, беды, наказания. Но каббала, а в дальнейшем и хасидизм учат человека искать под внешним покровом любого отрицательного явления его внутреннюю сущность, глубинные аспекты. Эзотерическое учение иудаизма вовсе не утверждает, что страдания, беды и наказания, упаси Б-г, положительные явления. Такое утверждение противоречило бы Торе и здравому смыслу. Учителя каббалы и хасидизма отнюдь не мнили себя провидцами, знающими простые и однозначные, доступные пониманию каждого, объяснения страданий в целом и индивидуума в частности. Они лишь говорили, что за тем, в чем взгляд непосвященного видит только мучения и беды, скрываются любовь и доброта Творца, которые на определенном этапе жизни человека и существования всего мира не могут проявиться открыто как безусловное благо. Они сравнивают такое неявное, скрытое проявление любви Всевышнего с тем, «<…> как поступает великий и грозный царь со своим единственным отпрыском: он так любит его, что сам, не зовя слуг, подмывает младенца, когда тот пачкает пеленки». Как написано у Йешаяу (4:4): “<…> когда отмоет Г-сподь дочерей Сиона от грехов, cловно от нечистот <…>» (Танья, ч. 4, послание 22). Ребе отмечает, что это сравнение не снимает остроты и болезненности вопроса. Возможности человека ограничены – он не может отмыть любимого ребенка, не причиняя ему боли. Но ведь Всевышний всемогущ; почему же Он не очищает людей от зла, не причиняя им страданий?!1

Доброта и любовь, говорит Ребе, проявляющиеся как негативные явления, полностью обнаружат свою истинную сущность лишь в мессианскую эру. Но поскольку ныне мы уже близки к ней, первые проблески света грядущего освобождения начали озарять наш мир и нашли выражение в радостных событиях, совершившихся 12-го и 13-го числа месяца тамуз 5687 года.

http://www.lechaim.ru

Поиск

Деятельность Ребе

Синагога Бродского

Зажигание свечей

 

Ребе не игнорирует тот факт, что современная женщина работает, занимается общественными делами, а не выполняет только домашние обязанности. Ребе принял во внимание все существующие факты, чтобы извлечь из них максимальную выгоду. То есть, Ребе не приказал женщине вернуться домой, как ей подобает, напротив, Ребе требует от женщины использовать все свои силы, например, силу влияния в пользу Торы и заповедей.

Он направил это стремление женщины к равноправию в духовность, воспитание и другие ценности. Ребе потребовал от женщин выйти из дома и распространять свет Торы в своем окружении. И даже если женщина занимается, на первый взгляд, материальными делами, как, например, дизайн одежды, то и там она соблюдает все правила, такие как скромность, и также влияет на других женщин, чтобы и они одевались соответственно. Вместе с этим она растит и воспитывает детей, живущих по законам Торы и соблюдающих заповеди, тем самым выражая свой огромный женский еврейский потенциал.

Важно отметить, что вместе с этим Ребе не отказывается от основных вещей: семьи и скромности. Все, чем занимается женщина для достижения своих целей, должно соответствовать законам скромности в одежде и поведении и, естественно, не должно мешать созданию большой семьи и воспитанию детей.

Ребе с самого начала своего лидерства беспокоился о том, чтобы вся деятельность женщин была организована таким образом, чтобы они смогли еще чему-то научиться и влиять на других женщин. На этих принципах Ребе создал большую женскую организацию «Общество женщин и девушек Хабад», то есть Ребе предвидел появление женских организаций по всему миру, и уже 60 лет назад он создал свою организацию, в которой до сегодняшнего дня с удовольствием состоят тысячи женщин.

Указания Ребе женщинам затрагивают многие сферы. Если мы попробуем перечислить их, то увидим, что это дом, что, в сущности, является главной обязанностью женщины - отношения с мужем, создание семьи, воспитание детей, кашрут, зажигание шабатних свечей, скромность, изучение Торы и т.д. И вне дома - воспитание еврейских детей, помощь ближнему, создание еврейских центров, помощь роженицам и т.д.

Также Ребе выделил специально для женщин письма с просьбами, указаниями, дающими поддержку. Например, ношение парика после замужества, а не платка, установка цдаки на кухне и вложение в нее денег перед началом приготовления пищи и другое.

Одна из причин того, что Ребе уделил так много времени делам женщин, - исключение распространенной ошибки, что якобы иудаизм не очень ценит женщину в духовной сфере (изучение Торы и т.д.). И поэтому при каждой возможности Ребе отмечает, что именно женщины находятся в центре духовной жизни еврейского народа. Начиная с исхода из Египта, который произошел, как написано, благодаря женщинам-праведницам, дарование Торы, о котором говорится, что Моше обратился с Торой сначала к женщине, а потом только к мужчине, а также будущее избавление придет тоже только благодаря женщине, и более того, именно тогда раскроется наивысшая её значимость.

Женщина получила от Ребе полную уверенность, что именно она главная от природы, даже если не получила образования в университете и не сделала карьеру. Ведь это она исполняет главные функции дома и в семье, и в обществе.

Если в мире, к примеру, рождаемость не определяется как наивысшая ценность, то Ребе показал, что это не является умалением достоинства женщины - рожать много детей, а напротив, этим выражается ее особенная сила, которой нет у мужчины. Это и ответственность (и не только физическая!), которую Всевышний дал только женщине! Также и воспитание детей. Все эти моменты определяются как наиболее важные, чем карьера и общественное и экономическое положение. Это вещи, которые, в сущности, продолжают наш путь, чтоб появилось новое поколение. И только в женской власти и силе это совершить.

Ребе действительно верил в женщину, и это не пустые слова. Это было доказано различными указаниями и особенными назначениями, в частностях и в общем, которые Ребе возложил на женщин, потому что действительно ценил и знал, что у женщины есть такие силы, каких нет у мужчины. Назначение, которое было дано женщине, - находиться рядом с мужем в послании Ребе, чтобы открыть центры Хабад в каждой точке мира и помочь евреям во всем.  Ребе  сказал  - "...у хасидов равноправие между женщиной и мужчиной, и в определенных областях женщины преуспеют даже больше мужчин».

Так представлял Ребе современную женщину. Она центр дома, она центр народа и она строит будущее всего нашего народа.


рабанит Яэль Бергман

по материалам сайта  jewishwoman.ru

 

Ребецн Хая Мушка Шнеерсон. Дочь предыдущего, шестого Любавичского Ребе Йосефа-Ицхака Шнеерсона (Раяца), она родилась в субботу 25 адара 5661 (1901) года в местечке Бабиновичи, недалеко от столицы хасидизма Хабад — Любавичей. Когда она была еще маленькой девочкой, ее дед, пятый Любавичский Ребе Шолом-Дов-Бер (Рашаб), завел однажды разговор о том, за кого предстоит выдать ее замуж, и сказал: «Стоит подумать о сыне Лейвика» — то есть о Менахеме-Мендле, юном сыне раввина г. Екатеринослава, известного хасида и каббалиста рабби Леви-Ицхака Шнеерсона. Но сватовство осуществилось много позже, в 1924 году, когда Раяц со всей семьей переехал в Ленинград.

Как дочь Любавичского Ребе, ставшего религиозным лидером еврейства в Советской России 1920-х годов, и как невеста его помощника, самоотверженно исполнявшего опаснейшие поручения Раяца и жившего фактически на нелегальном положении, Хая-Мушка также подвергалась постоянной опасности. Она проявляла поразительную силу и твердость духа: известно ее бесстрашное поведение в момент ареста ее отца (15 сивана 1927 года), смелые слова, которые она бросила в лицо «евсеков»[2], предателей еврейского народа, разоблачив их ложь и лицемерие. И она первая запустила процесс, который в конечном счете привел к спасению и осво­бождению ребе Раяца. Когда в их квартире шел обыск, Хая-Мушка стояла у открытого окна и вдруг увидела, что к ней идет жених. Перегнувшись через подоконник, она негромко и выразительно проговорила: «У нас — гости». Менахем-Мендл сразу понял, что это значит, и поспешил в германское посольство. Благодаря этому уже на следующий день утром в европейских газетах появилось сенсационное сообщение: «В Совдепии арестован Любавичский Ребе», и тем самым план тайно арестовать и расправиться с Ребе прежде, чем об этом станет кому-либо известно, был сорван.

Когда смертный приговор Раяцу был заменен на ссылку в Костроме, Хая-Мушка поехала туда с отцом, чтобы заботиться о нем и обеспечивать ему нормальный быт. И она же, узнав о приказе об освобождении Ребе, послала телеграмму в Ленинград с этой доброй вестью.

Когда осенью 1927 года ребе Раяц готовился к отъезду из Советской России, он включил жениха Хаи-Мушки, Менахема-Мендла, в список членов семьи. Это вызвало сопротивление со стороны советских чиновников, и один из них насмешливо сказал Ребе: «Ну, ты-то легко найдешь любого жениха для твоей дочери и за границей!» На что Ребе ответил с чрезвычайной серьезностью: «Нет, такого жениха больше нигде не найти». Он поставил условие: если не выпустят Менахема-Мендла, то и он сам не уедет добровольно. Поскольку советские власти старались как можно скорее отделаться от еврейского религиозного лидера, причинившего им столько неприятностей и внутри страны, и за границей, они согласились на это условие.

Свадьба Менахема-Мендла и Хаи-Мушки состоялась 14 кислева 5689 года (27.11.1928) в Варшаве в помещении любавичской ешивы «Томхей тмимим». Перед началом бракосочетания ребе Раяц провозгласил: «Во время свадебного веселья из Мира Истины приходят души трех поколений отцов жениха и невесты. Так — у всех, но у некоторых больше и еще больше. Сейчас я скажу маамар, чтобы пригласить сюда души всех Рабеим: пусть придут и благословят молодых». И Ребе произнес знаменитый маамар «Леха доди», в который вплетены отрывки маамаров всех глав Хабада, начиная с Алтер Ребе, и с тех пор эти слова повторяют на всех свадьбах хасидов Хабада.

С этого времени жизнь Хаи-Муш­ки оказалась полностью посвящена мужу: она во всем помогала ему, духовно поддерживала и создавала максимально удобные условия для жизни и учебы. Вместе с ним она жила в Берлине, где рабби Менахем-Мендл учился в университете, и бесстрашно отправилась в самое логово нацистского зверя, чтобы получить разрешение на выезд во Францию. Трудности возникли, когда оказалось, что ее девичья фамилия — такая же, как у ее мужа, но ей удалось найти объяснение, которое служащий принял, хоть и очень неохотно. «Когда мы придем в Париж, — пригрозил он, — мы вас еще проверим».

Рабби Менахем-Мендл снова принялся за учебу — теперь уже в парижском Политехническом институте, а ребецн была его надежным тылом. Вместе они бежали в неоккупированную часть вишистской Франции, и только благодаря неизменной поддержке жены рабби Менахему-Мендлу удавалось продолжать самому учить Тору и преподавать ее другим, а также помогать евреям исполнять заповеди Торы даже в экстраординарных условиях войны. Вместе с мужем ребецн прошла через все треволнения, связанные с получением американской визы, и наконец они буквально чудом отплыли на пароходе из пылающей огнем мировой войны Европы.

28 сивана 5701 года (23.06.1941) Менахем-Мендл и Хая-Мушка Шнеерсон сошли на американскую землю, здесь и начался новый этап их жизни. Ребе Раяц возложил на своего зятя огромные полномочия по руководству рядом хабадских учреждений. Р. Менахем-Мендл отвечал за все, что касалось образования и воспитания юношества и в особенности издания книг по хасидизму. А 10 швата 5711 года (17.01.1951), ровно через год после кончины тестя, ребе Раяца, рабби Менахем-Мендл принял на себя руководство движением Хабад и стал седьмым Любавичским Ребе. Жизнь ребецн Хаи-Мушки, соответственно, обрела новый смысл. И в этой роли она осталась неизменной в своей преданности мужу, любви к нему и действенной поддержке во всех его начинаниях и свершениях. Супруга самого известного руководителя еврейского народа в последних поколениях, она всегда оставалась в тени, неузнанной и незнакомой подавляющему большинству людей.

Мы в социальных сетях