Get Adobe Flash player

Месяц стен

Марина Карпова

Эту статью хотелось бы начать эпизодом из недавней истории. В 1938 году, когда Палестина была охвачена арабскими беспорядками, Национальный комитет (высший орган само­управления еврейской Палестины) принял решение ввести дополнительный налог на содержание отрядов самообороны. Национальный комитет состоял из представителей сионистских партий, часть же иерусалимских ультраортодоксов, крайне враждебных сионизму, категорически отказалась платить этот налог, заявив, что они и так участвуют в обеспечении безопасности еврейского народа, поскольку посвятили свою жизнь изучению Торы.

Обосновывая свою позицию, иерусалимцы сослались на известную агаду из Иерусалимского Талмуда (Хагига, 76с): «Однажды рав Ами и рав Аси пришли в город. Они спросили его обитателей: „Кто стражи города?“ Жители указали им на солдат и стражей, на что мудрецы ответили: „Не эти нетурей карта („стражи города“), это — разрушители города. Настоящие нетурей карта — мудрецы и благочестивые люди. В их заслугу город защищен“».


Разумеется, изучение Торы и соблюдение заповедей жизненно необходимы для существования еврейского народа. Вопрос: является ли это не только необходимым, но и достаточным условием? Иными словами, может ли изучение Торы быть единственной гарантией безопасности народа Израиля?

Ответить на этот вопрос поможет изучение еврейского исторического календаря за месяц элул, поскольку в эпоху Второго храма в этот последний месяц еврейского лета произошло несколько событий, имеющих непосредственное отношение к обсуждаемой теме.

Первое из этих событий произошло в годы правления Нехемьи, которого персидский царь Артаксеркс назначил сатрапом Иудеи, бывшей в то время одной из провинций Персидской империи. Положение в Палестине в те времена было крайне тревожным. Между иудеями, вернувшимися из вавилонского плена, и окружающими языческими племенами сложились крайне напряженные отношения, и евреи все время пребывали в страхе внезапного нападения. Поэтому, прибыв в Иерусалим, новый правитель первым делом занялся обеспечением безопасности.

В поколении Нехемьи было несколько выдающихся мудрецов, и среди них книжник Эзра, о котором мудрецы впоследствии говорили, что он был достоин получить Тору вместо Моше (Сангедрин, 20а). Однако Нехемья решил, что заслуг даже столь великого знатока Торы все-таки недостаточно для обеспечения безопасности Иерусалима. Поэтому, будучи еще в Персии, он получил от царя полномочия для возведения стены вокруг Иеру­салима: «И сказал я царю: если царю благоугодно, то дал бы мне письма к наместникам Заречья, чтоб они давали мне пропуск, пока я не дойду до Иудеи. И письмо к Асафу, хранителю царских лесов, чтоб он дал мне дерев для ворот крепости, которая при доме Б-жьем, и для городской стены, и для дома, в котором бы мне жить. И дал мне царь, так как творящая благо рука Б-га моего была надо мною» (Нехемья, 2:7-8). Прибыв на место, он распорядился немедленно приступить к строительным работам.

Враги евреев — Санвалат из Хорона, Товия-ам­мо­ни­тя­нин и Гешем Арави — попытались помешать строительству стены и составили заговор о нападении на Иеру­салим. Поэтому Нехемье пришлось разделить немногочисленных иерусалимцев на строителей и стражников; впрочем, и занятые на строительных работах тоже не расставались с оружием: «Половина молодых людей у меня занималась работою, а другая половина их держала копья, щиты, луки и латы. <...> Строившие стену и носившие тяжести, которые налагали на них, одною рукою производили работу, а другою держали копье. Каждый из строивших препоясан был мечом по чреслам своим, и так они строили» (Там же, 4:16-18).

Когда враги поняли, что не смогут силой воспрепятствовать строительству стены, они начали действовать против Нехемьи хитростью, ложно обвинив его в намерении восстать против персидского царя. Так они надеялись отвлечь правителя от работы. Однако и этот план провалился. Строительство городских укреплений было успешно завершено: «Стена была закончена в двадцать пятый день месяца элул — за пятьдесят два дня. Когда услышали об этом все неприятели наши и увидели это все народы, которые вокруг нас, то посрамлены они были сильно в собственных глазах и познали, что от Б-га нашего — исполнение этой работы» (Там же, 6:15-16).

Другое событие произошло через несколько столетий после смерти Нехемьи, во время восстания Хасмонеев. Его точную дату мы находим в Мегилат Таанит («Свитке постов») — составленном в Иерусалиме незадолго до разрушения Второго храма небольшом, около сорока предложений, сочинении на арамейском языке, где перечисляются даты, на которые не назначают общественных постов. Одной из таких дат является «7 элула — день освящения стен Иерусалима, когда запрещено скорбеть».

После гибели легендарного Йеуды восстание возглавили его братья — Йонатан и Шимон. Воспользовавшись тем, что в Сирии началась борьба за власть, братья предприняли несколько успешных наступательных операций и даже ненадолго овладели Дамаском. Однако они не могли не понимать, что противник способен в любой момент перейти в контрнаступление. Поэтому, вернувшись из похода, они занялись возведением новых укреплений Иерусалима. Подробнее об этих событиях рассказывается в Первой книге Маккавеев: «И возвратился Йонатан, и созвал старейшин народа, и советовался с ними, чтобы построить крепости в Иудее, возвысить стены Иерусалима и воздвигнуть высокую стену между крепостью и городом, дабы отделить ее от города, так, чтобы она была особо и не было бы в ней ни купли, ни продажи. Когда собрались устроить город и дошли до стены у потока с восточной стороны, то построили так называемую Хафенафу. А Шимон построил Адиду в Сефиле и укрепил ворота и запоры»­­ (Маккавеев I, 12:35-38).

А вот как об этом рассказывается в «Иудейских древностях» Иосифа Флавия: «После всех этих предприятий как Шимон, так и Йонатан вернулись в Иерусалим. Собрав затем весь народ в святилище, Йонатан посоветовал ему восстановить городские стены, вновь отстроить разрушенную ограду вокруг Храма и укрепить ее высокими башнями; далее, воздвигнуть среди города другую стену и отрезать таким образом гарнизону крепости доступ на рыночную площадь; тем самым он и предлагал лишить этот гарнизон возможности снабжаться съестными припасами; кроме того, он предлагал еще более укрепить и тем обезопасить существовавшие в стране крепости. Так как все эти предложения были благосклонно приняты народом, то он сам принялся за отстройку города, а Шимона отправил внутрь страны, чтобы обезопасить ее» (Иудейские древности, 13:5:11).

Еще один «градостроительный проект» за тридцать лет до разрушения Второго храма был осуществлен царем Агриппой — одним из самых благочестивых правителей той эпохи, одинаково любимым и чтимым и простым народом, и мудрецами. Агриппа был современником многих выдающихся знатоков Торы: раббана Гамлиэля, р. Йоханана бен Закая, р. Цадока, сорок лет постившегося в надежде предотвратить разрушение Храма. Да и сам Агриппа отличался праведностью, благочестием и скрупулезностью в соблюдении заповедей. Царь делал Храму богатые подарки (подарив, в частности, золотую цепь, некогда полученную от императора Калигулы), регулярно приносил добровольные жертвы (по словам мидраша, до тысячи в день!), лично участвовал в церемонии принесения первинок (Мишна Бикурим, 4:3), публично читал Тору в Храме (Сота, 41а-б). Благочестие царя доходило до того, что в городах с еврейским и нееврейским населением чеканились разные монеты: в нееврейских — с изображением императора и его собственным изображением, в Иерусалиме — без изображений, чтобы не нарушать запрет Торы.

Тем не менее, едва прибыв в Иудею, Агриппа приступил к строительству новых крепостных стен: «Царь стал укреплять стены Иерусалима со стороны Нового города. Делал он это за счет государственной казны, расширяя стены и значительно возвышая их. Ему удалось бы придать этим стенам окончательную неприступность, если бы сирийский наместник Марс письменно не сообщил о том императору Клавдию. Последний, усмотрев в этом предприятии некоторое опасное новшество, приказал Агриппе немедленно приостановить постройку стен. Агриппа не счел возможным ослушаться» (Иудей­ские древности, 19:7:2). В результате новые стены, которые сделали бы город неприступным, так и не были построены. Царь успел лишь возвести новые ворота. Произошло это 8 элула, в 42 год новой эры.

Вывод из этих историй очевиден. Даже наиболее праведные еврейские правители, чьими современниками были выдающиеся знатоки Торы, никогда не считали, что изучения Торы и соблюдения заповедей достаточно для обеспечения безопасности еврейского народа. По­этому, не забывая о Торе и молитве, они вместе с тем принимали все необходимые меры, чтобы любимый город и его жители могли спать спокойно: строили и укреп­ляли городские стены, возводили крепости, содержали сильную, боеспособную армию и обеспечивали мирным жителям нормальную жизнь.

по материалам журнала "Лехаим"

Деятельность Ребе

Синагога Бродского

Kosher Style

День рождения

 

Расчет еврейского дня рождения